Перейти к содержимому


Фотография

Сильва Залмансон: "если Забуду Тебя, Иерусалим"


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 markizy

markizy
  • Пользователь
  • 5,085 сообщений

Отправлено 17 March 2017 - 09:45

Сильва Залмансон: "Если забуду тебя, Иерусалим"
 
sylva.JPG
 
20 мая в полдень в главном театре столицы Израиля – "Театрон Йерушалаим" состоится открытие персональной выставки художника Сильвы Залмансон. 
 

…Стены ее дома в поселке Ган-Явне увешаны картинами.  Несутся в дальние дали белые кони. Нет, не белые – небесно-голубые. Целый табун волшебных коней родился из лазурной морской пены и устремился в бездонную синь небес. Сколько в них свободы и  красоты, сколько силы! 
 
sylva.16JPG.jpg
 
Ягнята и козлята в интерпретации Сильвы Залмансон – картинка-аллегория: в покорно-молчаливое стадо непременно вклинится бунтарь!  
 
- Мама! - доносится со второго этажа голос Анат, дочери Сильвы. – Давай покажем твоей гостье несколько кадров из моего фильма.
 
sylva1.JPG
 
Операция "Свадьба"
 
По-русски продюсер и режиссер-кинодокументалист Анат Кузнецова-Залмансон не говорит: родилась в Израиле в 1981 году, в школу ходила вначале в Ришоне, а потом в Ган-Явне. Об операции "Свадьба", исходом которой стал смертный приговор ее отцу Эдуарду Кузнецову ("измена родине и антисоветская агитация") и вердикт Ленинградского областного суда по делу матери Сильвы Залмансон (10 лет лишения свободы), Анат знала с детства, но абсолютно невообразимые, дикие, не поддающиеся осмыслению  подробности открылись ей лишь после того, как она отправилась с матерью на постсоветское пространство и оказалась, как птица в клетке, в такой же камере-одиночке, в которой "самый гуманный режим в мире" пытался Сильву усмирить, поставить на колени.
 
Смотрю кадры документального фильма "Операция"Свадьба"  Анат Кузнецовой-Залмансон – и мороз по коже: в Риге молодой израильтянке позволили провести съемку в застенках КГБ.
 
- Первое, что меня поразило, - звук закрывающейся за мной двери, лязг ключей, - рассказывает мать-рижанка своей дочери-израильтянке. – Я подумала: "Всё. Всё кончилось".
 
- Это твоя камера? – спрашивает Анат на иврите.
 
- Нет. Но я сидела в такой же… Правда, та камера была рассчитана на двух зэков, а не на одного…
 
- Вот так она выглядела?! – цепенеет Анат. – Так?! Без окна?!
 
- Да… - Сильва, сама того не заметив, переходит на русский язык: – Ты как замурованная.
 
Слова матери внезапно прерываются: нет, даже мысль о такой изуверской жестокости Анат не под силу.
 
- Не плачь, Анат! – успокаивает дочь Сильва. - Будь сильной.
 
- Я сидела полгода в карцере, и это было очень тяжело – физически тяжело, - вспоминает Сильва Залмансон. – Была зима. Жуткий холод… Чтобы согреться, приходилось все время прыгать.
 
- А вот (в кадре – затянутое металлической сеткой пространство)  тюремный дворик: надзиратели ходили и постоянно следили за нами сверху.
 
Нет, Сильве не хочется заново погружаться в ощущения, которые владели ею тогда, в морозном декабре 1970-го: она рассказывает дочери (и зрителям) об отсидке и показательном судебном процессе без эмоций, отстраненно, спокойно. 
 
- В заключении я провела четыре года, два месяца и неделю, из них полгода – в карцере, 182 дня, - констатирует Сильва Залмансон. – Каждый день мне была разрешена 30-минутная прогулка в пустом дворике. 
 
Впоследствии много лет подряд мне снился один и тот же сон: потолок в карцере очень низкий - я не могу выпрямиться, - добавляет Сильва… - Долгое время мне снилось это, но уже давно перестало. Надеюсь, не повторится.
 
- В России нам не позволили провести съемку в застенках КГБ, - объясняет Анат Кузнецова-Залмансон, - разрешили поснимать только здание, да и то – с противоположной стороны улицы. Чтобы зритель получил представление об условиях, в которых содержали сионистов и политзаключенных, пришлось воспользоваться любезностью властей Риги.
 
Бессмысленно задавать Анат вопрос, что заставило ее отправиться в невыносимое, нестерпимо болезненное путешествие в незнакомую  страну, в прошлое ее родителей.
 
sylva-edik.jpg
Сильва Залмансон (после освобождения из тюрьмы) с книгой и портретом Эдуарда Кузнецова
 
- В свое время о "самолетном деле" было немало написано, сняты несколько документальных фильмов, но мне бы и в голову не пришло взяться за ленту, построенную исключительно на интервью с участниками операции "Свадьба" (на иврите это называется "говорящие головы"). Нынешнее поколение израильтян, к сожалению, не знает своей истории – должен же кто-то заполнить пробелы! – объясняет Анат.
 
eduard-kuznetzov.jpg
Эдуард Кузнецов
 
Смельчаки и стадо
 
Для родителей Анат попытка угона в Приозерске под Ленинградом пассажирского самолета с одной-единственной целью - привлечь внимание Запада и всего мира к проблеме свободы выезда в Израиль советских евреев, - никакая не история, а естественная ткань жизни сильной и цельной личности, глоток кислорода, которым оба дышат и по сей день. Невозможно разделить свою судьбу на главы, разложив всё по полочкам: далекое прошлое – в сундук под названием "Мемуары",  относительно далекое – в ящик "Крутые повороты после освобождения", а настоящее – в шкатулку "Хроника текущих событий".
 
sylva.28JPG.jpg
 Семья Залмансон (1957 год)
sylva.30JPG.jpg
 Детский снимок Сильвы стал пророческим
sylva.31JPG.jpg
 Сильва Залмансон в юности
sylva.32JPG.jpg
 
- Прошла у меня как-то в Иерусалиме выставка под названием "Нефеш хая" ("Живая душа"Е.К.), хотя по-русски я бы назвала ее проще - "Братья наши меньшие", - рассказывает Сильва. – На одном из холстов я изобразила овец и коз.  Среди тех, кто вызвался выступить, был Леви Цирульников. Он сказал: во времена царя Давида у одного из пастухов - Наваля Кармельского было стадо, состоявшее из овец и коз. Пропорция такова: овцы – три тысячи, а коз - всего тысяча. Овцы покорные, а козы – беспокойные и неуправляемые, отсюда – пропорция. Цирульников объяснил: "Мое дополнительное наблюдение заключается в том, что во времена нашего Исхода инакомыслящие "козы" были в значительно меньшей пропорции по отношению к "баранам", и все-таки находились среди "коз" отчаянные – они вырвались из стада и в дальнейшем повели все стадо за собой. Единицы на миллионы! Несмотря на вопиющую диспропорцию, им - непокорным  и непокоренным - удалось изменить порядок вещей…"
 
sylva.21JPG.jpg
 
"Самолетное дело" вызвало на Западе шквал негодования: к борьбе за освобождение его фигурантов подключился президент США Ричард Никсон. 31 декабря 1970 года смертный приговор (расстрел) Эдуарду Кузнецову, успевшему до того отсидеть 7 лет за "антисоветскую деятельность", и Марку Дымшицу заменили 15-ю годами тюремного заключения. Несколько снизили меру пресечения и другим.
 
demonstration.jpg
Демонстрация в США с требованием освободить из тюрьмы Сильву Залмансон 
 
Спустя 9 (девять!) лет – в 1979 году в Нью-Йорке состоялся обмен двух советских разведчиков, разоблаченных и задержанных в США, на пятерых зэков – сионистов и диссидентов. В пятерку попали Кузнецов и Марк Дымшиц (Сильва Залмансон, освободившись досрочно в 1974 году,  к тому моменту была в Израиле  и ждала  мужа).
 
sylva14.JPG
- В конечном счете, раскрытая и сорванная КГБ операция "Свадьба" позволила совершить настоящий прорыв: началась алия 1970-х, - говорит она. – Уже в Израиле в одном из толкований Песаха раввина Адина Штейнзальца я прочла: путь к внутренней свободе начинается с очень мощного, всепоглощающего ощущения, что ты больше не в состоянии мириться с безвыходной ситуацией, которая тебе навязана. Возможно, ты пока ничего не предпринял ради изменения этой ситуации – но и мириться с нею ты больше не в силах. Значит, внутренне ты свободен. И наоборот: если ты сосредоточишь все  усилия на том, чтобы подстроиться под ситуацию, - так и останешься рабом. Только после того как я это прочла, мне стало проще объяснить, почему мы решились по сути на этот самоубийственный шаг, без реального шанса на успех.
 
sylva.33.jpg

sylva.34JPG.jpg

 
 
- Сильва, вы отсидели четыре с половиной года…
 
- Мне еще крупно повезло: ведь получила я 10 лет, - замечает Залмансон. – Все мы были убеждены, что если не доберемся до Израиля – уж лучше в петлю, как сказал один из участников "самолетного дела" Борис Пэнсон. Все мы были готовы пойти на то, что нас арестуют либо – если удастся угнать самолет, мы будем сбиты и погибнем, но мечта об Израиле, о новой жизни на своей земле была превыше всего. В последний день мы уже видели, что за нами ведется слежка, и было ясно - ареста не избежать. Но мы уже сделали свой первый шаг на пути в Израиль и  не смогли вернуться назад к прежней жизни, где нет места надежде. Мы шли вперед – и будь что будет!
 
- За право на выезд вы расплатились невероятно дорогой ценой…
 
- Несомненно. Нам еще крупно повезло, что две смертные казни были заменены заключением сроком на 15 лет, - говорит Сильва Залмансон.
 
- Но под каким мощным давлением Запада властям СССР пришлось на это пойти!..
 
- Мне кажется, именно потому, что двоих из нас приговорили к смертной казни, Запад еще больше взбунтовался: это неслыханно – евреев приговорили к расстрелу за одно лишь желание уехать из СССР! Власти просчитались, устроив показательный судебный процесс. Они пытались внушить толпе, что мы "террористы" и "преступники" – именно это и вызвало возмущение в свободном мире. В результате после операции "Свадьба" евреев начали выпускать… В семидесятые годы более 350 тысяч человек получили разрешение на выезд.
 
sylva.35JPG.jpg
 
- В 1973 году в США был пойман русский шпион Юрий Линов, - рассказывает Сильва Залмансон. – Вместе с ним арестовали израильтянина, передавшего Линову секретные документы. Спустя год меня, Линова и израильского шпиона, работавшего в Болгарии, досрочно освободили в рамках пакетной сделки. В 1974 году я приехала в Израиль.
 
Сильва вспоминает такой эпизод: уже будучи в Израиле она выступила в Кнессете.
 
- С трибуны я сказала, что самолет, которому не удалось взлететь, привез в Страну 150 тысяч евреев, но экипаж остался в советских тюрьмах и лагерях.
 
- Как складывалась ваша судьба в Израиле?
 
- Вначале я жила в ульпане "Бейт Мильман", затем мне предоставили квартиру от "Сохнута". Когда Эдика обменяли на русских шпионов и в 1979 году он приехал, мы купили квартиру в Ришоне, а вскоре после рождения Анат наши пути разошлись…
 
- Сильва, по вашему дому никак не скажешь, что на долю его хозяйки выпали чудовищные испытания: здесь царит очень светлая атмосфера, здесь замечательная энергетика.
 
sylva13.jpg
 
- Дома мне хорошо! – улыбается Сильва.
 
Инженер-художник
 
- На стенах столько картин… Как вы стали художником?
 
- По специальности я инженер. В детстве увлекалась математикой, но к "большой науке" меня не тянуло, вот и решила выбрать нечто среднее между наукой и практикой - выучилась на инженера. В Израиле 30 лет проработала в концерне авиационной промышленности.
 
- И как переквалифицировался инженер в живописца?  
 
- С моим увлечением живописью связана забавная история, - говорит Сильва Залмансон. – Когда я впервые отправилась в магазин покупать краски, постеснялась сказать, что для себя. На вопрос продавщицы: "Для кого?" – я, смутившись, ответила: "Для… ребенка!". К живописи меня тянуло давно, мною владело ощущение, что именно в этой сфере изобразительного искусства я найду наилучший способ самовыражения…
 
sylva.17JPG.jpg

sylva.18JPG.jpg

sylva.19JPG.jpg
 
Как и любая цельная натура, Сильва Залмансон и на сей раз не ошиблась в своих предчувствиях: сегодня ее имя известно во всем мире, а картины экспонируются в самых престижных художественных галереях в Израиле и за рубежом.
 
sylva.24JPG.jpg

sylva.25JPG.jpg
 
- Сколько у вас было персональных выставок?
 
- Никогда не считала, но – немало. Хотя настроение у меня в большинстве случаев светлое, приподнятое, по натуре человек я замкнутый, необщительный, - объясняет Сильва. – Мне хорошо одной, я люблю рисовать. Живопись – моя ниша, в ней я заново открыла для себя целый мир. Я, конечно, понимаю, что, как художник, не принадлежу к той лиге, которая творит историю, но…
 
Но только ли о живописи речь?!
 
sylva.26JPG.jpg
 
36 лет назад Сильва Залмансон, ее братья Вульф и Израиль Залмансон, ее муж Эдуард Кузнецов, Марк Дымшиц, Борис Пэнсон, Йосеф Менделевич, Мэри Менделевич-Ханох, Арье Ханох, Анатолий Альтман, Мендель Бодня и примкнувшие к сионистам русские диссиденты Юрий Федоров и Алексей Мурженко устроили коммунистической империи такую громкую еврейскую "свадьбу", что весь мир содрогнулся. Дерзкая акция борцов за такое элементарное гражданское право, как свобода выезда, проложила дорогу в Израиль примерно 160 тысячам убежденных сионистов – их выпустили в первой половине 1970-х. Впоследствии, с падением "железного занавеса", к еврейским идеалистам, успевшим к тому моменту стать в Израиле многоопытными старожилами, присоединился еще миллион, включая сионистов-отказников. 
 
- Сильва, какое совпадение: ваша персональная выставка состоится в Иерусалиме сразу после празднования Дня Независимости. Чем является для вас Иерусалим?
 
- В "прошлой жизни" единственным моим публичным выступлением было последнее слово в зале заседаний Ленинградского областного суда, на скамье подсудимых. Я сказала: "Если забуду тебя, Иерусалим, пусть отсохнет моя правая рука, пусть язык мой прилипнет к гортани, если я не поставлю тебя выше всякой моей радости".
 
В статье использованы фотографии из личного архива Сильвы Залмансон

 


  • 2